Судьба с чужого плеча - Анна Иванова

— Вот и я говорю, — кивает Игорь.

— Надо больше секса! — говорит коротышка.

Игорь закрывает лицо ладонью.

— Григория меняем на Гришу. Вместо «встретиться» надо «назначить свидание». Не забудь добавить «симпатичного» к слову «земляка». Подпись: «Ваш Игорь».

— Другое дело! — кивает мужик в шапочке.

— От таких предложений не отказываются, — еле сдерживает смех качок.

Игорь бьется лбом о стол. Пока он не задел клавиатуру, я жму кнопку отправить.

— Осталось только дождаться, когда ваш голубок зайдет на сайт.

— Я бы на твоем месте сменил аватарку, — говорит качок. — У тебя есть фотки на байке?

— Руки прочь от аватарки! — поднимает голову Игорь, стараясь спасти остатки достоинства.

— Вас по телеку показывают, — забегает в комнату Батон. — В местных новостях.

— Почему так мелко? — говорит коротышка. — Неужели вы не заслужили криминальной хроники по федеральным каналам?

— Еще немного, и их в международный розыск объявят, как Бен Ладена.

— Петькин байк нашли, в лесопосадке. А еще, говорят, задержали подозреваемого в укрывательстве особо опасной преступницы.

— Петька даже не узнает, говоришь? — спрашивает коротышка у Игоря и толкает меня в бок. — Исправь подпись на «С любовью, Игорек» и отправь заново.

— Чем быстрее мы выведем Шавлюка на чистую воду, тем раньше отпустят вашего Петю.

— А можно как-нибудь вернуть письмо? — говорит Батон, отступая на шаг назад. — Я не хочу, чтобы его выпускали…

— Проверь входящие, — советует качок. — Петька нам каждую минуту в изоляторе припомнит.

— Пойду, узнаю, может за него залог внести надо, — разворачивается коротышка.

— Не торопись, — кладет руку ему на плечо качок. — Менты сами придут и все тебе расскажут.

— Вашу мать! — подкидывается Игорь. — Батон, садись на мое место! Обновляй страницу. Как придет ответ, крикни, — поворачивается к остальным: — Айда выбирать байк!

От мысли, что с минуты на минуту в мотосервис могут нагрянуть полицейские, меня охватывает озноб. Я поднимаюсь с нагретого места — надо проконтролировать, чтобы на этот раз Игорь выбрал обычный мотоцикл.

— Может, вот это? — приподнимает чехол коротышка.

— Это?! — округляет глаза Игорь. — Откуда у нас такой металлолом?

— Ты сам говорил не выбрасывать, — пожимает плечами мужик в шапке.

— Я ж не говорил, что на этом можно ездить.

— Тогда возьми тот, что не забрали в прошлом месяце.

— У нас есть нормальный байк на ходу?

— Тебе еще и на ходу подавай?! Ты к ним когда в последний раз притрагивался? Помнишь, вообще, как их ремонтировать? Или только взрывать и бросать можешь?

— Игорюха, — говорит мужик в шапочке, — может тебе с мотоциклами пора завязывать?

— Родька, а ты прав! Дай мне свою машину. На пару дней.

— Издеваешься?!

— Будь другом! Я верну.

— А я сяду вместо Петьки?

— Не сядешь, я аккуратно. На мотоцикле Дину после новостей каждый узнает, а в машине…

Игорь не успевает договорить, его перебивает истошный крик Батона.

— Сюда!

Игорь хватает меня под руки и, оглядевшись по сторонам, заталкивает в шкаф. Сквозь стеклянные дверцы я наблюдаю, как вся толпа бежит на крик Батона.

— Письмо пришло! — доносится до меня его голос.

Никто не догадывается вернуться и мне приходится самой выбираться из шкафа.

— Рад знакомству, Игорь, — читает Батон. — С удовольствием с тобой встречусь. Как на счет «Замка снежной королевы»? Сегодня в девять, пойдет?

— Он не изменяет привычкам, — Игоря передергивает.

— Вам пора рвать когти, — говорит коротышка.

— Осталось только решить на чем.

Взгляды всех присутствующих сходятся на мужчине в шапочке по имени Родион. Он оглядывается, как будто ищет путь к отступлению, но, в конце концов, сдается и протягивает Игорю ключи.

— Но если за мной придут!..

— Придут, Родик, — похлопывает его по спине качок, — за всеми нами вот-вот придут.

— Мужики, вы знаете что делать, — машет на прощание Игорь и, схватив меня за руку, тащит к выходу. — Быстрее, пока Родька не передумал.

Мы садимся в машину. Игорь заводит двигатель и резко трогается с места, чтобы Родик, бегущий с воплями за машиной, не успел ухватиться за бампер. В машине Игорь смотрится гораздо лучше, чем в автобусе, но все равно не так гармонично, как на мотоцикле. Он прирожденный байкер, любящий свободу и свежий воздух. Надеюсь, мне удастся доказать вину Шавлюка, иначе Игорь может надолго лишиться этих благ. Насколько я помню прочтенный когда-то уголовный кодекс, его могут обвинить даже в соучастии в преступлении, если объявят, что он заранее обещал мне убежище. Хватит! Ничего они не докажут, потому что никакого преступления я не совершала, а Игорь не укрывает преступника.

Машина подъезжает к дому. Игорь заранее замедляет ход.

— Посмотри-ка, там кто-то есть.

— Не вижу, — наклоняюсь к лобовому стеклу.

— Только что прыгнул за гараж.

— Ты уверен?

— Сейчас проверим.

— Давай развернемся и уедем отсюда, — на всякий случай вжимаюсь в кресло.

— Не пойдет, — качает головой он. — Это мой дом. Только здесь мы в безопасности.

— Можно остановиться в гостинице.

— Проще сразу зарезервировать нары.

— А если это полицейский? У нас хотя бы будет шанс уехать из города.

— Дина, у тебя здесь нет ни дома, ни семьи, но ты все равно осталась, чтобы бороться за свою жизнь. Я тоже должен бороться. Я здесь родился, провел лучшие и худшие дни. Мой дом — это моя жизнь. Отказываться от нее из-за какой-то тени за гаражом я не собираюсь.

Игорь распахивает дверцу и выходит из машины. Мне ничего не остается, кроме как выйти за ним. Подойдя ближе, я замечаю странное ответвление от тени гаража. С каждым шагом оно все больше напоминает человеческую фигуру. Так и есть, за гаражом кто-то прячется. Если это полицейский — все пропало. А вдруг там Олег? Сердце колотится так быстро, что становится трудно дышать. Кто бы это ни был, вряд ли он пришел с добрыми намерениями. Кажется, Игорь об этом не думает. Он широким, уверенным шагом идет прямо к гаражу. Я семеню сзади. В голову лезут мысли о том, кто поможет, если нас обоих арестуют. Надо было оставаться в машине. Нет, лучше бежать, как можно дальше от этой улицы.

Игорь разгоняется и слету запрыгивает за угол гаража. Оттуда доносятся шорохи и женский крик. Голос кажется не просто знакомым, а родным.